ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ

Другая сторона медали

Сергей ИВАНОВ

Наша страна по-прежнему конфискует необоснованно много российских грузов. Об этом на минувшей неделе на пресс-конференции заявил посол России в Беларуси Александр Блохин. «Россия пока не может констатировать улучшения ситуации с конфискацией российских транзитных грузов на территории Беларуси… В январе — марте 2004 года на территории Беларуси конфисковано российских транзитных грузов на 23,2 миллиона долларов. Если сохранится такая динамика, к концу года цифра может достичь 90 миллионов долларов. Это уже больше уровня 2003 года», — отметил он.

По его данным, белорусская таможня ежегодно удваивает объем конфискации российских товаров. В подтверждение своих слов Блохин привел следующие цифры: в 2000 году на белорусской границе было конфисковано российских грузов на сумму 15 млн долларов, в 2001-м — на 30 млн, в 2002-м — на 60. Поводы для конфискации, по мнению Блохина, формальные. Вместе с тем посол подчеркнул, что «конфискация грузов в феврале и марте 2004 года по сравнению с январем несколько сократилась. Но пока уровень остается достаточно высоким, что не добавляет нам оптимизма».

Не добавляет оптимизма главе диппредставительства и тот факт, что, по его словам, «на 70% сократилось вещание российских телеканалов в Беларуси за последние два года. Российскую сторону беспокоит положение дел в сфере формирования единого пространства двух стран». По мнению Блохина, это является нарушением соглашения о формировании единого информационного пространства. Что касается официальных печатных СМИ, то посол считает, что они освещают события в России все больше с негативной стороны. Учитывая, что у государственных СМИ нет иной позиции, кроме позиции белорусского руководства, это не может не настораживать Москву.

Как итог, о пресс-конференции посла братского государства официоз либо ничего не сказал, либо упомянул вскользь.

Впрочем, несмотря на критику, Россия по прежнему сохраняет близкие отношения с белорусским режимом. Однако теперь в словах ее официальных представителей появились новые интонации. Об этом можно судить из ответа на вопрос: «Почему российский посол не посетил голодающих депутатов, как это сделали его коллеги из США и стран Евросоюза?» Блохин ответил: «Считаю, что голодовка — это крайняя форма протеста и достижения своих целей. И, конечно, мы сожалеем, что эти депутаты избрали такую форму протеста. Нам казалось, что такие вещи было бы целесообразно решать все-таки в парламенте путем убеждения других депутатов и цивилизованным путем голосовать. Я вообще не сторонник таких крайних форм протеста в виде голодовок и т.д. Другое дело, что здесь, наверное, есть и другая сторона медали — наверное, нельзя ситуацию доводить до того, чтобы у кого-то возникало желание выражать свой протест таким образом».