Бизнес власти

Конец команды Журавковой был обусловлен непомерным аппетитом

Александр БАРНАТОВИЧ

Полный расклад президентского бизнеса, о котором все знали, но не говорили вслух, раскрыли фигуранты громкого уголовного дела, рассмотрение которого началось на прошлой неделе в Верховном суде Республики Беларусь. Среди обвиняемых — бывшие управляющая делами президента (УДП) Галина Журавкова, начальник внешнеэкономического управления УДП Юрий Матусевич и руководители фирмы «Белая Русь» Виктор Осипенко, Александр Мурашко и Сергей Степанов. Масштабы их деятельности впечатляют, методы — возмущают, доходы — ошеломляют. Но дело их не погибло. Оно живет, но уже в других руках.

Государственное обвинение в отношении некогда высокопоставленных президентских коммерсантов группируется по трем основным блокам: сахар, сигареты, нефть. Эти высокодоходные ниши белорусского рынка уже давно и прочно прибрало к своим рукам УДП через свою главную коммерческую структуру — Государственное производственно-торговое унитарное предприятие (ГПТУП) «Белая Русь».

Команда молодости нашей…

Расцвет президентского бизнеса начался после того, как Александр Лукашенко назначил управляющей своими делами Галину Журавкову, занимавшую до этого пост президента концерна «Белхудожпромыслы». Галина Анисимовна пригласила в свою команду бывшего вице-президента концерна Юрия Матусевича. Он получил должность начальника управления внешнеэкономических связей УДП. Матусевич же привлек к предпринимательскому движению под крылом президента своего близкого друга Александра Мурашко, ставшего заместителем гендиректора «Белой Руси». Пост генерального директора этой фирмы, которой будет суждено «прославиться» в истории белорусского бизнеса, занял Виктор Осипенко. Вот так и сформировалась команда, которая возвела «Белую Русь» на вершину и которая в полном составе предстала сейчас перед Верховным судом.

Когда в середине 2001 года они появились в УДП, и само управление, и «Белая Русь» находились просто в катастрофическом финансовом положении: Владимир Гончаренко, сменивший Ивана Титенкова, показал себя неважным руководителем УДП. По итогам проведенной после отставки Гончаренко ревизии выяснилось, к примеру, что если бы можно было продать все активы предприятия и заплатить текущие долги, то «Белая Русь» вышла бы на чистый убыток в размере приблизительно 1,7 млн долларов. Об этом суду поведал Александр Мурашко. По его словам, после ознакомления с ситуацией на предприятии его первой мыслью было начать немедленную процедуру банкротства.

Сладкая доля

К счастью для президентской коммерческой структуры, в июле 2001 года в Беларуси случился тяжелый сахарный кризис. Дешевый сахар практически полностью исчез из государственных магазинов как раз в разгар домашних заготовок варенья и компотов, а также накануне вторых президентских выборов. Лукашенко задал чиновникам порядочную трепку и даже лишил несколько человек высоких должностей: министра торговли, президента концерна «Белгоспищепром» и председателя Белкоопсоюза. По странному стечению обстоятельств (или по спланированному сценарию?) из всех поставщиков сахара к моменту кризиса сладкий продукт в количестве около 8 тыс. тонн оказался в наличии только на складах ГПТУП «Белая Русь». Этот сахар, к радости президента и белорусских граждан, тут же поступил в государственную розничную торговлю, и проблема была на время снята с повестки дня. Но этим дело не ограничилось.

Галина Журавкова, воспользовавшись ситуацией, добилась, чтобы в будущем практически все закупки сахара-сырца для перерабатывающих заводов Беларуси осуществляла исключительно «Белая Русь». Отсутствие у погрязшего в долгах предприятия денежных средств было компенсировано открытием льготных кредитных линий в АСБ «Беларусбанк». Причем президентская коммерческая структура хватанула столько сахара, сколько просто не могла переварить. Например, в 2001 году выделенная правительством квота на поставки сахара-сырца составляла 300 тыс. тонн, а фактически ГПТУП «Белая Русь» было поставлено лишь 140 тыс. тонн, в 2002 году квоту уменьшили до 200 тыс. тонн, но поставлено было лишь 120 тыс. тонн. Но все равно 2001 год, когда «Белая Русь» начала работать на сахарном рынке, можно считать вторым рождением предприятия.

Впрочем, сахарный рынок не только спас президентскую коммерческую структуру, но и стал основным источником баснословных доходов как для руководства ГПТУП, так и лично для Галины Журавковой. Набивать карманы, пользуясь неограниченным административным ресурсом, было проще простого. ГПТУП «Белая Русь» объявляло тендер на закупку сахара-сырца, в котором участвовали известные мировые трейдеры. Но с победителем тендера заключался договор не только официальный, но и неофициальный. Согласно последнему собственник сырья обязывался возвратить часть полученных денег — из расчета 4–8 долларов за тонну сахара-сырца. Эти деньги уходили не на счета «Белой Руси», а лично руководителям белорусской компании и УДП на счета оффшорной компании в одном из рижских банков.

По словам бывшего заместителя генерального директора «Белой Руси» Александра Мурашко, эти деньги распределялись следующим образом: 50% — Галине Журавковой, по 20% — Юрию Матусевичу и Александру Мурашко, 10% — Виктору Осипенко. Галине Анисимовне привозили ее долю наличными прямо домой. Кстати, когда Александр Мурашко начал рассказывать все это в Верховном суде, известная своей несдержанностью Галина Журавкова сначала занервничала, затем покраснела и глазами стала метать молнии в направлении своего бывшего подчиненного, сопровождая это действо бранью.

В дыму

Еще одним направлением, на которое распространила свое влияние «Белая Русь», стал импорт сигарет. До 2002 года эта ниша была занята исключительно частными коммерческими структурами, работавшими напрямую с мировыми производителями. Для начала Г.Журавкова добилась, чтобы 35–40% импортной квоты досталось ГПТУП «Белая Русь». С помощью своих сторонников в Министерстве торговле и в других ведомствах она устранила конкурентов: под разными предлогами некоторым из них просто не выделили квот. В результате производители оказались отрезанными от белорусского рынка и были вынуждены идти на поклон к «Белой Руси», предложенной им в качестве единственного варианта. Таким образом, например, партнерами президентской фирмы стали компании JTI (торговая марка Winston) и Reemstma (West).

Но «Белой Руси» и этого показалось мало. В 2003 году компания провела маркетинговое исследование с тем, чтобы определить другие популярные в Беларуси марки импортных сигарет. Выбор пал на LD, с представителем которой вскоре был заключен соответствующий договор. При этом президентские коммерсанты не забывали пополнять и собственный карман. Только от договора с компанией LD в их распоряжение на оффшорные счета поступило 182 тыс. долларов. Разделены они были, как и по схеме с сахаром.

Нефтяное пятно

В конце 2001-го — начале 2002 года «Белая Русь» начала подминать под себя еще один высокодоходный сегмент рынка — поставки нефти и реализацию нефтепродуктов. Как и с сигаретами, здесь работало множество частных фирм, осуществлявших ввоз нефти для ее переработки по давальческой схеме на предприятиях концерна «Белнефтехим». С подачи руководства УДП Лукашенко потребовал все это прекратить. В итоге теплое место частных фирм заняла «Белая Русь», хотя у нее не было ни опыта, ни денег для закупки нефти. Но она имела главный капитал — административный ресурс. На нем и были построены схемы работы «Белой Руси» на нефтяном рынке и соответственно хищения президентскими коммерсантами денег.

Используя свое влияние, «Белая Русь» без особых проблем добилась от концерна «Белнефтехим» 50%-ной квоты на переработку нефти. Затем под эту квоту у российских нефтетрейдеров («Каравелла трейдинг», «Нефтяной партнер» и др.) брался беспроцентный заем и покупалась нефть. Рассчитывалась «Белая Русь» с заимодавцем продуктами нефтепереработки.

Продавались нефтепродукты по ценам значительно ниже рыночных. Прибыль самой «Белой Руси» складывалась из того, что российский партнер обязан был перечислить на счет белорусского предприятия 2 доллара с каждой тонны проданных им нефтепродуктов. Учитывая, что в 2003 году «Белая Русь» «перерабатывала» подобным образом около 150 тыс. тонн нефти в месяц (сам «Белнефтехим» — только 100 тыс. тонн), несложно подсчитать, что президентская коммерческая структура получала только на этом рынке около 3,6 млн долларов прибыли в год. Как всегда, существенный левый доход шел руководителям «Белой Руси» и Галине Журавковой. Дополнительно на счета оффшорных компаний российские нефтетрейдеры перечисляли по 1 доллару с тонны нефтепродуктов, а с 2003 года — еще и 30% полученной ими прибыли. Вот так практически из воздуха и делались деньги.

Элементы сладкой жизни

Об уровне личного дохода президентских коммерсантов говорит тот факт, что только Александр Мурашко с его 20%-ной долей от доходов команды за два года заработал 806 тыс. долларов. Чтобы узнать примерный доход Галины Анисимовны, нужно увеличить эту сумму в 2,5 раза. Правда, президентские коммерсанты иногда надували не только своего главного босса, но и друг друга.

Кому-то такие заработки казались достаточными, кому-то — нет. Кого-то мучила совесть или, скорее всего, страх, кого-то — не очень. Но уж если влез в такой бизнес, «соскочить» просто так невозможно. Некоторые, в частности Мурашко, пытались было уволиться, но, как рассказал на суде бывший заместитель гендиректора, Журавкова лично предупредила, что у него появятся большие проблемы с правоохранительными органами. Естественно, проблем Александр Мурашко не хотел. Приблизительно в таком же ключе поступают в любой мафиозной организации.

Конец команды Журавковой был обусловлен всевозрастающим аппетитом. «Белая Русь» наращивала присутствие на табачном рынке, встречая серьезное сопротивление со стороны конкурирующих коммерсантов. На нефтяном направлении ГПТУП постоянно вело борьбу с концерном «Белнефтехим» за 100%-ный контроль над рынком. Кроме того, в состоянии постоянной экономической войны «Белая Русь» находилась и с концерном «Белгоспищепром», который пытался вернуть себе поставки сахара-сырца. В итоге у кого-то лопнуло терпение. Летом 2003 года КГБ и Комитет госконтроля начали силовую разработку Управления делами президента.

Следствие квалифицировало действия обвиняемых по ч.4 ст.210 УК РБ (хищение имущества путем злоупотребления служебным положением, совершенное организованной группой). Санкции этой статьи предусматривают для виновных лишение свободы на срок от 7 до 15 лет. На данный момент под стражей находятся лишь бывший генеральный директор ГПТУП «Белая Русь» Виктор Осипенко и начальник отдела нефтепродуктов Сергей Степанов. Галина Журавкова — под домашним арестом. В суд ее провожают и охраняют там вооруженные сотрудники КГБ.