Белорусская тайна московских трофеев

Андрей АЛЕКСАНДРОВИЧ

В этом году исполняется 190 лет с начала и конца бесславного похода на Москву великой армии Наполеона Бонапарта. Предполагается, что в связи с юбилеем в Беларусь приедут потомки знаменитого императора и полководца. Они намерены посетить место самой трагической битвы войны 1812 года - битвы на Березине. Место, где уже почти два столетия представители разных народов пытаются разгадать тайну одного из самых известных мировых сокровищ - золота Наполеона.

Сокровища великой армии

"Я лучше буду до конца кампании есть руками, чем оставлю русским хоть одну вилку с моей монограммой!" Однако это весьма эмоциональное заявление Наполеона, сделанное в Толочине, не сбылось. И сам император от правил этикета отказываться не собирался, да и его войска, падая от голода и холода в придорожную грязь, оставляли на обочинах тонны награбленного добра и мечтали лишь об одном: поскорее уйти из России. Однако мечта сбылась лишь для немногих. Как писал в своих мемуарах адъютант Наполеона граф Сегюр: "Из 400 тысяч перешедших Неман летом назад вернулись 1 тысяча вооруженных пехотинцев и кавалеристов, 9 пушек и 20 тысяч толпы".

Сокровища Наполеона, оставленные, по мнению подавляющего большинства историков, именно на территории Беларуси, стали искать по горячим следам еще в 1813 году. С тех пор находок сделано немало, однако вряд ли они могут претендовать на роль сокровищ императора. Тем более что не найдены основные элементы сокровищницы - трофеи Московского Кремля, Оружейной палаты, святыня русского народа - крест с колокольни Ивана Великого - и другие драгоценные вещи.

По словам кандидата исторических наук, доцента кафедры славянской истории МГПУ им.М.Танка, действительного члена французского научно-исторического общества "Центр наполеоновских исследований" Игоря Груцо - человека, который не один десяток лет посвятил изучению войны 1812 года, - версия о белорусском "хранении" золота Наполеона основывается на непреложном факте: из Москвы драгоценные трофеи были вывезены, а во Францию не попали. И наиболее сложным, просто губительным этапом для великой армии было отступление через Беларусь. Здесь сложило свои головы подавляющее большинство солдат французской армии, здесь едва не погиб сам Наполеон и здесь ему пришлось расстаться практически со всем обозом, трофеями и частью казны. Ведь, как свидетельствовал маршал Бертье, лишь несколько повозок с казной дошли до Ковно. Правда, о том, где спрятаны сокровища великой армии, сейчас повествуют только легенды. Хотя практически достоверно известно, что следует искать.

Эвакуация из Москвы всех находящихся в ней ценностей не осуществлялась до последнего. Во-первых, сохранялась надежда, что первопрестольную сдавать не будут. А во-вторых, московский генерал-губернатор граф Федор Растопчин боялся паники. Он понимал, что все призывы к спокойствию не будут стоить и ломаного гроша, если начнется эвакуация государственного имущества. Ситуация стала выходить из-под контроля после падения Смоленска. Из Москвы медленно, но верно стали бежать горожане. Беднота была готова ударить в набат и устроить резню дворян. Опасаясь этого, Растопчин приказал перерезать веревки у всех колоколов и запереть колокольни. Паника нарастала, но губернатор изо всех сил пытался ей противостоять. Когда же стало понятно, что падение Москвы неизбежно, и приказ об эвакуации был подписан, оказалось, что вывезти все городские ценности невозможно, а точнее не на чем. Лошадей нельзя было купить ни за какие деньги. В итоге ценности, например, такого важного учреждения как Государственное казначейство (без архивов и бумаг) были вывезены из Москвы во Владимир лишь 31 августа. А 2 сентября войска Наполеона вступили в город.

Москва официально сдана не была, а потому являлась военным трофеем. Однако поводом к ее разграблению послужили пожары. Солдаты пытались украсть то, что еще не сгорело. Грабили все - и солдаты, и офицеры. Больше всего пострадали церкви, имущество которых осталось на московской "консервации". Только из Архангельского собора было похищено более 120 пудов серебра и трех пудов золота. И подобных церквей и соборов в Москве златоглавой насчитывалось сорок сороков. В Успенском соборе установили специальные плавильные горны, в которых переплавляли все ценные металлы. На стенах собора сохранилась надпись: "325 пуд серебра и 18 пуд золота". Именно столько весили выплавленные слитки. Из этого же храма было похищено уникальное "серебряное, местами с позолотой" паникадило, весом 113 пудов. Воровали даже у своих. К примеру, приказ N№75, изданный 4 сентября в Москве, гласил: "4 числа сего месяца, в 3 часа, во дворе арсенала утерян чемодан, принадлежащий Его Величеству королю Неаполитанскому:" Далее говорилось, что в нем находится золотая шкатулка с алмазами, 250 дукатов, прочие безделушки, а также предлагалось вернуть пропажу Его Величеству. Но король так и остался без чемодана.

Приближалась зима. В разграбленной под ноль Москве оставаться было невозможно. Дисциплина таяла на глазах. Даже в гвардии. Вот выдержки из приказов и донесений: "Офицеры на разводе не салютовали императору шпагой...", "Несмотря на неоднократные запрещения, солдаты продолжают отдавать долг природе во всех дворах Кремля, даже под самыми окнами императора:" Оценив обстановку, 19 октября Наполеон выехал из Москвы. Вместе с ним в путь к Смоленску двинулись обозы с "московской поклажей". Войска были перегружены всяким добром и даже самим французам напоминали "страшные орды монголов, тащивших за собою домашний скарб, награбленную добычу". Вскоре начались и первые сражения - под Тарутино, Малоярославцем и Вязьмой. В них французам пришлось почувствовать всю силу русского оружия и небоеспособность собственной армии. Поражение следовало за поражением. Союзниками русских становились голод и холод. Причем Кутузов не ввязывался в генеральное сражение, а двигался параллельным с великой армией курсом. Это грозило Наполеону полным окружением. В итоге французы были вынуждены безостановочно отступать, полностью изматывая и деморализуя себя. С Семлевским озером под Вязьмой связана первая легенда о сокровищах Наполеона.

Адрес первый

По одной из версий, именно в Семлевском озере император затопил крест с колокольни Ивана Великого и другие драгоценности. Впоследствии на этом озере неоднократно проводились поисковые работы, однако ничего, кроме здоровенного булыжника, кладоискателям достать не удалось. Хотя анализы показали повышенное содержание в иле серебра, цинка и меди. Но не золота. Впрочем, многие исследователи считают эту версию надуманной на том основании, что Наполеон собирался остановиться на постой в Смоленске, а потому бросать сокровища ему было явно рано. Таким образом, получается, что задуматься о трофеях Наполеону пришлось уже после Смоленска, где он не обнаружил достаточного количества провианта. Пройдя с ожесточенными боями через Красное, Наполеон прибыл в Оршу и там впервые жестко потребовал сокращения обозов. Известно, что император стоял на мосту через Днепр и заставлял сжигать повозки и кареты, переправляемые сверх установленной нормы. Впрочем, долго стоять на мосту у императора терпения не хватило. В результате обозы двинулись через реку в почти таком же составе, как и прежде. Хотя это не помешало официальному историографу Отечественной войны 1812 года Михайловскому-Данилевскому написать, что "множество тяжестей, обременявших армию, велено уничтожить, а равномерно истребить или потопить в Днепре так называемые трофеи, вывезенные из Москвы". Так появилась еще одна версия судьбы сокровищ Наполеона.

Стоит отметить, что белорусские версии хранения трофейного золота превалируют над всеми остальными. В Толочине император Франции приказывает сжечь все повозки, принадлежащие офицерам. Что произошло с находившимися в них драгоценностями? Маршал Ней терпит полный разгром при переправе через Днепр. Что стало с богатым обозом его корпуса? В местечке Бобр на берегу озера Стоячее Наполеон велит сжечь все знамена своих корпусов. (По преданиям местных жителей, в этом озере тоже затоплены сокровища. Проведенные в 1970-80-х годах исследования показали содержание в воде Стоячего золота, серебра и меди, в десятки раз превышающее норму.) В деревне Мотыголь останавливается император, а после войны туда приезжают ветераны французской армии искать клад по, увы, не сохранившимся приметам. Возле Ошмян, по письменным докладам французских офицеров, теряется обоз с казной и трофеями. Ответственный за него дивизионный генерал Компан оправдывается "бедственным положением" и невозможностью связаться с обозом. И, наконец, Сморгонь, где Наполеон покидает свою мизерную "бродячую" армию, обещая вернуться с 300-тысячным войском...

И все-таки наиболее привлекательным для кладоискателей является район переправы через Березину и Брилевское поле.

Возле Березины Наполеон оказался в окружении. Однако он обманул адмирала Чичагова, специально "слив" борисовским купцам "дезу" о своей переправе через реку. И пока Чичагов готовился встретить императора на одном из бродов, тот прибыл в деревню Студенка, и его саперы стали возводить два моста через Березину. По свидетельству баварского кавалериста фон Зуккова и других очевидцев, Бонапарт отдал приказ "поджечь экипажи, особенно маршалов и генералов, фургоны, повозки, привезенные из Москвы, иными словами, все повозки, большею частью нагруженные найденными вещами". Приказ был выполнен в точности, за исключением одного момента. Наиболее ценные вещи закапывались в окружавших Студенку лесах. Ведь золото, серебро, драгоценные камни и украшения в огне не сгорели бы, да и выбрасывать добро, которое, несмотря на все тяготы и лишения, обмороженные и голодные люди все-таки тащили с собой, было просто жалко. Однако на правый берег к Брилям был переправлен лишь обоз Наполеона, насчитывавший 715 верховых и упряжных лошадей. Там же закрепилась 10-тысячная французская армия. 7-тысячный корпус Виктора защищал переправу на левом берегу. Еще 2,5 тысячи солдат и офицеров находились возле мостов. Это те, кто еще мог сражаться. В то же время в Студенку, на левый берег, прибывали многочисленные толпы дезертиров, мародеров, маркитанток, гражданских, и вскоре их численность достигла 50 тысяч человек. Жандармы не пускали их на мосты, так как толпа приказам не повиновалась и могла загромоздить своими повозками переправу. В то же время сам Наполеон не был уверен в удачном исходе прорыва из окружения. На правом берегу ему противостояла 35-тысячная свежая армия Чичагова, а на левом - примерно такая же по численности армия Витгенштейна. Вопрос об императорских трофеях вставал очень остро, так как в полном объеме везти их было рискованно и не совсем разумно. Как распорядился ими Наполеон?

Выбраться из "котла" французам все же удалось, но в очень урезанном составе. 16 тысяч человек были взяты в плен. Более 7 тысяч оккупантов были убиты или утонули в реке во время обстрела переправы русской артиллерией. Однако в списке трофеев упоминались лишь "отбитые у врага" предметы общим весом 12 пудов 37 фунтов чистого серебра. На тонны "московской добычи" это было совершенно не похоже. Конечно, много находок оставили себе "на память" и русские солдаты, и местные крестьяне, но их добыча состояла по большей части из мелочей.

Поиск сокровищ на Березине начался в 1813 году, когда по приказу Александра I в реке стали искать французскую военную казну. Но не нашли. С тех пор поиски в районе переправы стали вестись с завидным постоянством. Их проводили белорусские шляхтичи, российские солдаты, французские, польские и немецкие ветераны великой армии и даже Министерство путей сообщения. Однако найденные предметы представляли больше исторический интерес и уж никак не смахивали на сокровища. Известно, что во время второй мировой войны возле места бывшей переправы дислоцировался батальон охраны вермахта, состоявший из французов.

Конечно же, почти за два столетия русло Березины заметно изменилось, однако сокровища Наполеона продолжают будоражить умы людей. Ежегодно в районе бывшей переправы по инициативе военно-исторического клуба "Минский пехотный полк" организуется международный волонтерский лагерь. Помимо воссоздания на местности событий Отечественной войны 1812 года его участники ведут поисковые работы. В прошлом году здесь были найдены совершенно неожиданные вещи: меч, браслет и кошель викинга IХ века с 265 арабскими дирхемами. Эту и другие находки с Березины можно будет увидеть на тематической выставке, которая откроется в марте в помещении Дома-музея I съезда РСДРП.

Что же касается знаменитых сокровищ, то у разных людей - разные мнения по этому поводу. По словам старшего научного сотрудника отдела археологии средневекового периода Института истории НАН Беларуси Олега Иова, какие-то сокровища в Беларуси, несомненно, есть, но они, скорее всего, разрозненны и находятся в разных местах. Это мнение поддерживают и частные кладоискатели, и российские исследователи. Тем более что ценность предметов той поры неуклонно растет, и теперь даже мелкие находки являются сокровищами. Ни подтвердить, ни опровергнуть историю про золото Наполеона не могут и в отделе по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн - структурном подразделении Министерства обороны РБ. По данным специалистов военного ведомства, за 8 лет существования в Беларуси отдельного поискового батальона удалось найти всего несколько французских захоронений 1812 года в Гродненской области. Никаких ценностей в могилах не было. Однако военные ведут раскопки только в неучтенных воинских захоронениях первой и второй мировых войн, а французов не только специально не ищут, но и не фиксируют в собственном банке данных. Возможно, больше света на этот вопрос прольет книга Игоря Груцо "Сокровища Наполеона: история, версии, поиски", которая в скором времени появится в продаже. Но главным аргументом в пользу захоронения в нашей земле московских трофеев можно считать мнение "эксперта" Михаила Илларионовича Кутузова. Однажды, говоря о местонахождении креста с колокольни Ивана Великого, он вынес свой вердикт: "Судя же по общему голосу, я не могу иначе заключить как-то, что в то время, когда крест сей вывезен был из Москвы, неприятель, будучи тесним и преследуем везде партизанскими нашими партиями, принужден был или его потопить, или зарыть в землю, как обыкновенно он делал и со всеми другими вещами". Так что ищите, и вам откроется.